world like mio

Очень сложно, утомительно проводить не первый час с ощущением чего-то постороннего внутри. К тому, что, скажем, в тебя постоянно попадает еда, тебе привили невозмутимость ещё во младенчестве. К тому, что влетевший в лоб и обосновавшийся в мозгу кусок свинца будет с тобой надолго, не прививают устойчивость никому. Не успевают, видимо…

Человек, подаривший мне ещё одно яркое впечатление этой жизни, появился в квартире внезапно. Нежданные гости, возникающие на пороге твоего убежища после полуночи и без стука, редко вызывают желание радоваться. Этот явно заранее понимал, что радости его появление не вызовет. Поэтому навстречу вскочившему с дивана мне он протянул руку, подняв её выше, чем обычно делают мужчины при встрече. Рука была занята хромированным пистолетом, и легкое нажатие на курок завершило визит владельца этого пистолета.

Полёта пули я не увидел. Лучшие мгновения прошедших 25 лет жизни не увидел тоже. Я просто упал, медленно и удивленно, не закрывая глаз и провожая взглядом ночного гостя.

В голову влетел не металл. Сквозь самую середину лба в голову принеслась жестокая боль, помогавшая удивлению не давать глазам закрыться, а мозгу - осознать. Она накрыла всё вокруг налётом нереальности.

Волосы на левом виске и за ухом стали мокрыми и липкими. Тонкая струйка крови почти мгновенно прорвалась на пол. Я прикоснулся к виску и поднёс руку к глазам. То, что это была кровь, не нуждалось в доказательствах; гадать, чья же она, тоже не требовалось. Но я зачем-то попробовал её на вкус.

Мне можно простить нелогичность этого действия. Я не понимал, сколько секунд, минут или часов прошло между выстрелом и моим микро-расследованием. Удивление и боль уходить не собирались. Как, впрочем, и сознание. И жизнь тоже почему-то продолжалась.

Громче всего в эти секунды, минуты или часы вели себя часы. Наручные, верные и не раз выручавшие, сейчас они единственные создавали ощущение реальности. Я посмотрел на них; часы сообщали, что я пролежал не больше четверти часа.

Пуля весит сущие граммы, но голова благодаря ей становится невероятно сложной ношей для шеи и тела в целом. Вставать с пола не хотелось совершенно, и, поднявшись, я понял, что лежать было много приятней. Голова стала просто ульем проблем, и к тяжести прибавилось неприятное ощущение, будто на лбу у тебя мокрое пятно, от любого колебания воздуха вызывавшее мерзкий морозец по коже.

В этой же голове как заведённая начала крутиться пластинка с записью выстрела. Ничего до него не записалось, но вот полёт свинца, звук соприкосновения с тобой, и главное - ощущения от движения свинца внутрь, отчётливые, резкие. Пластинкой с записью как заправский диджей управляло, кажется, подсознание. Зачем ему это было нужно…

… tbc …